worlock

99 руб.

Первая часть цикла.

В начале 1066 года в Англии умер король — Эдуард Исповедник. На престол претендовали многие, но саксы избрали новым королем Гарольда Годвинссона. Это не пришлось по нраву ни Вильгельму, герцогу Нормандскому, ни Харальду Суровому, конунгу Норвегии, ни брату Гарольда — Тостигу Годвинссону. Разве мог помыслить сын новгородского купца, упавший за борт неподалеку от датских берегов, что он попадет на борт норвежского дреки, примет участие в походе Харальда Сурового на Англию, наживет как могущественных друзей, так и беспощадных врагов?

Отрывок из книги

Глава 1. ТРЕВОЖНЫЕ ВЕСТИ

Сухощавого монаха Вратко заметил еще на торгу, на ярком, разноголосом и кипучем волинском торгу. Облаченный в черный, потрепанный балахон из грубой шерстяной ткани служитель Господа стоял у бревенчатой стены длинного амбара и беседовал с высоким широкоплечим мужчиной — с виду настоящим головорезом. Вратко тогда еще подумал — что общего может быть у монаха с воином? Да еще у таких разных.

Монах сильно сутулился, седоватые волосы пушистым венчиком окружали лицо со впалыми щеками. На макушке, прикрывая гуменце[1], смешно сидела круглая черная шапочка, вытертая до блеска. Его худая шея торчала в бесформенном воротнике, как пестик в ступке. Говорил он негромко, все время пожимая плечами, словно бы в неуверенности. Но его серые глаза посверкивали подобно двум булатным клинкам, не оставляя сомнений в том, кто в этой паре главный. Воин, светлобородый и длинноусый, самый настоящий урман по виду, переступал с ноги на ногу, поглаживая большим пальцем лезвие секиры, свисающей с пояса в ременной петле. Его плечи покрывал крашеный плащ, ниспадающий свободными складками почти до пестреющих рыжей грязью досок. Рукава кольчуги выглядывали из-под кожаной рубахи.

Вратко нарочно обошел беседующих, чтобы заглянуть урману в лицо. Ничего лицо. Самое обычное для сына суровой северной земли. Загорелое и обветренное докрасна. Выгоревшие брови выделялись, как полосы на морде барсука. Такого легко представить впереди строя, сомкнувшего червленые щиты, или на палубе боевого корабля. А уж шея, в особенности по сравнению с монахом, подобна бычьей. Вот только в разговоре он все больше отвечал. Коротко и сдержанно. Слегка подергивал левой щекой, отмеченной ровным росчерком шрама.

Паренек засмотрелся. Раздираемый любопытством, навострил уши. Как же хотелось услышать, что именно выговаривает суровый монах робеющему бойцу! Но тут купец в мохнатой медвежьей шапке, по виду — бодрич, толкнул новгородца плечом. Вратко пошатнулся и слетел в грязь. Кровь бросилась ему в голову, но… Рядом с бодричем громко хохотали двое здоровяков — что поставить, что положить — то ли слуги, то ли охранники. Парень представил гнев отца, которого он долго уламывал взять с собой, добрых людей посмотреть, себя показать, и смолчал. Не гоже устраивать потасовку на глазах у честных гостей, съехавшихся в Волин со всех концов Варяжского моря.

[1] Гуменце — темя. Иногда употребляется для наименования характерной черты монаха — выбритой тонзуры.

Скачать отрывок Ворлок из Гардарики