ideal_otr
Идеальное_отражение

99 руб.

Постап.
Роман из межавторского цикла «Зона смерти».

Есть такая профессия – ходить по Пятизонью и собирать артефакты.
Сталкер-проводник по прозвищу Лис освоил ее в совершенстве, и за три года изучил все пять локаций лучше, чем линии на собственной ладони. За это время он ухитрился ни разу не попасть в серьезные неприятности, не нажить врагов и не завести друзей.
И вот однажды Лис получает не совсем обычный заказ, и отправляется в Сосновый Бор. Только в этот раз он не знает, с чем столкнется, и что все навыки выживания в Пятизонье окажутся бесполезны…
Роман написан в межавторский цикл «Зона смерти».

Отрывок из книги

ideal_otr

Идеальное отражение.

Глава 1. Охотник за артефактами.
5 февраля.

Это был какой-то неправильный биомех.
Во-первых, он не походил ни на одно из хорошо знакомых мне порождений Пятизонья – ни на бота, ни на носорога или бронезавра, ни тем более на дракона. Но это ладно, механическая эволюция протекает быстро, и все время появляются новые модификации железных тварей.
Во-вторых, он вел себя совершенно необычно для чугунка — прятался в яме среди зарослей автонов, сидел в засаде. И, в-третьих, почему-то оказался невидимым для моих имплантов, приспособленных как раз для того, чтобы издалека обнаруживать таких вот опасных товарищей.
Так что когда в нескольких метрах от меня грохнуло, и вверх полетели ветки металлических кустов, я оказался неприятно поражен.
— Вот лахудра! – рявкнул я, отпрыгивая в сторону и срывая с плеча верный «Шторм».
По тому месту, где я только что стоял, с ревом пронеслось нечто колесное, приземистое и блестящее. Врезалось в скопление автонов, со скрежетом притормозило, и я смог рассмотреть агрессора.
Размерами и очертаниями он походил на раптора, на легковую машину, обретшую некое подобие жизни после Катастрофы. Но при этом имел восемь маленьких ребристых колес, был снабжен манипуляторами, наростами вроде антенн, и немного напоминал помесь краба с черепахой.
Ладно, классификациями пусть научники занимаются, наше дело – выжить…
Колеса чугунка завертелись, торчавший из его «задницы» манипулятор хищно защелкал. Ну а я нажал на спуск, и импульсный пистолет-пулемет в моих руках немедленно ожил.
Игольчатые пули с мерзким лязгом принялись дырявить тушку моего противника, полетели искры. Одно из колес лопнуло с мерзким хлопком, брякнул отвалившийся манипулятор.
Но чугунок и не подумал сдаваться – в силу того, что не имел представления о том, что такое капитуляция. Со скрежетом и ревом, припадая на один бок, он покатил ко мне, и вокруг одной из «антенн» возникло фиолетовое сияние.
Ого, да этот жестяной засранец хочет шарахнуть меня энергетическим ударом?
Нет, мы так не договаривались!
Я прыгнул в сторону, не давая агрессору прицелиться, резко бросился на землю и разрядил остаток магазина прямо в открывшийся бок чугунка, туда, где в блестящей темной броне уже имелось несколько дырочек. Из развороченных металлических внутренностей ударил настоящий фонтан желтых искр, биомех содрогнулся, разом вскинул уцелевшие манипуляторы и застыл.
Кажись, все.
— Сдох ты или не сдох? – спросил я, отгоняя желание снять шлем и вытереть со лба честный трудовой пот.
Чугунок выглядел мертвым, но я слишком хорошо знал, что в Пятизонье для торопыг дорога одна – на тот свет. Ни в одной из пяти локаций, что возникли осенью пятьдесят первого года, не имелось того, что мы, люди, привыкли называть «жизнью».
И в то же время в них существовало нечто условно живое, и безусловно опасное.
Я заменил магазин, устроился поудобнее и подождал, сначала пять минут, затем еще десяток.
— Похоже, сдох, — резюмировал я.
Понятное дело, что через какое-то время вездесущие скорги оживят подбитого мной биомеха, отремонтируют и усовершенствуют. И он покатит себе дальше – искать энергетические поля, давить сталкеров и заниматься прочими «жестяными» делами.
Но в данный момент эта «крабочерепаха» — всего лишь мой трофей, и ничего не помешает мне обойтись с ней по праву победителя.
— Займемся делом, — я поднялся, скинул с плеч вместительный и в данный момент почти полный рюкзак.
Крайне удобная штука для того, кто топчет Пятизонье не просто так, а с определенными и вполне прагматичными целями. Вот отделение с замкнутым энергетическим контуром – для н-капсул, потайные карманчики для денег и особо ценных находок, главное отделение, куда я складываю большую часть добычи, вот секция для продуктов и воды, вот внешние петли для всяких крупноразмерных штуковин, вроде частей биомехов.
Их тоже можно продать.
Вояж в Старую Зону, куда я отправился позавчера, был успешным, и поэтому сейчас мой рюкзачишко забит хабаром, как лавка тороватого спекулянта. Но ничего, в нем всегда найдется местечко для разных интересных штучек, что способны принести некоторое количество денег.
— Счастье вдруг в тишине постучалось в двери, неужель ты ко мне, верю и не верю… — напевая эту древнюю песенку, я вытащил из рюкзака «карманный набор охотника за артефактами» — комплект инструментов, позволяющий быстро и со смаком разделать любого чугунка. – Падал снег, плыл рассвет, осень моросила…
Снег и в самом деле падал.
Над зоной отчуждения вокруг Чернобыльской АЭС висела плотная пелена облаков, но вместо обычного нудного дождика из них валились мелкие и колючие снежинки. Продолжалось это безобразие второй день, и кое-где на склонах холмов и в ложбинах образовались настоящие сугробы.
Что вы хотите, февраль на дворе.
Но стоит снегопаду прекратиться, как снежные заносы довольно быстро растают, и воцарится обычная для Пятизонья грязища. Как стало понятно вскоре после Катастрофы, даже в Академзоне из-за энергополей земля слишком теплая для того, чтобы снег лежал постоянно.
Поэтому сугроб здесь – редкость.
— Сестра: тампон, спирт, скальпель, — сказал я, подходя к подбитому биомеху, и примериваясь к его броне. – Больной, дышите глубже! Сейчас мы вас слегка распотрошим!
Дурацкая привычка разговаривать с самим собой возникла у меня давно, вскоре после того как я пересек Барьер и более-менее устроился внутри него. И скажу вам честно – это самая малая странность, которая может появиться у человека, выбравшего для жительства эти негостеприимные места.
Орудуя инструментами, я и не подумал убрать из-под руки ИПП.
В Пятизонье полно всяких опасных тварей, начиная с драконов и заканчивая моими же коллегами по профессии, способными за пару н-капсул прирезать собрата. Большинство из них предпочитает более мощное оружие, вроде «карташа», но для меня главное – вес, а он у «Шторма» меньше.
В прямой бой с чугунками я вступаю редко, а на то, чтобы отбиться от жадных товарищей по несчастью, хватит и этой «машинки».
— Так, очень хорошо, отвались мой хвост, — сказал я, разглядывая извлеченный из нутра чугунка «аккумулятор» — тяжелый и черный глянцевый куб размером с кулак. – Пригодится.
Добыча с лихвой перебила потраченные на «крабочерепаху» патроны, но я продолжил копаться в железных внутренностях – не из жадности, скорее просто из любопытства. Ничего полезного больше не нашел, зато стал обладателем серебристой таблички, на которой было выгравировано «ВКС России, НИИ «Космаш», изделие ПРУ-3У, 2051 г».
Теперь все ясно – передо мной бывшая собственность одного из исследовательских центров космических войск, какой-нибудь опытный образец техники для изучения других планет, после Катастрофы по примеру Франкенштейна удравший от создателей.
Наверняка такая хреновина существовала в одном экземпляре, и именно поэтому я с ней никогда не сталкивался.
— Оставлю на память, — решил я, после чего запихал добычу в рюкзак, а его вскинул на плечи.
Без боевого костюма с сервоусилителями я бы вряд ли поднял такой вес.
Теперь можно продолжить путь – дальше на северо-запад, в ту сторону, где когда-то располагалось селение Выгребная Слобода. Там я избавлюсь от добычи, закуплюсь всем необходимым, и несколько дней смогу побездельничать.
Оставив позади место схватки, я запустил главный имплант на самодиагностику и диагностику прочих вживленных в мое тело штуковин – неясно, почему я не сумел заметить чугунка издалека. Конечно, можно предположить, что тот обладал хитрыми маскирующими способностями, но есть и вероятность того, что сбой произошел с моими «локаторами».
А без них я как без рук, или точнее, как без глаз.
Снег вместе с привычным для этих мест пепельным туманом ограничивал видимость, поэтому я шагал без особой спешки, огибая все места, где можно устроить засаду.
Прошел парой километров восточнее котловины на месте бывшего Грубчанского озера, над которой все время стоит зеленоватое зарево. Оставил позади заросшее автонами урочище Пекло и спустился в овраг, на дне которого блестела лужа жидкого металла.
Именно этот момент выбрал главный имплант, дабы сообщить, что диагностика закончена. Судя по ее результатам, все оказалось в порядке, но сомнений моих это не развеяло.
Ладно, дойдем до Обочины, там разберемся.

Скачать:
Идеальное отражение(отрывок)

Дополнительная информация

Год издания

2011